Совет Федерации
Кадастра
Роспатент Российский гуманитарный научный фонд

Нормативные правовые акты являются наиболее изученной в отечественном правоведении формой права. Исследованию подвергалась природа нормативных правовых актов, их признаки и свойства, способствующие их выделению из системы форм права[1]. Важнейшее условие эффективного существования нормативных правовых актов в их иерархичности, системности. Эти свойства изучались и в советском[2], и в современном российском правоведении[3]. Благодаря усилиям ученых разработана теория указного права, выявлена закономерность, согласно  которой указы стремятся регулировать отношения и решать вопросы, не отнесенные к их компетенции, подменять не только постановления, но и законы[4]. Отдельные виды законов пока не становились предметом исследования, так, например, законы Российской Федерации – практически не разработанное явление. Кодексы, хотя и являются важнейшим элементом законодательства, чаще рассматриваются в связи с систематизацией, точнее, как ее результат. Подзаконные акты, а именно их система, пока изучены не достаточно;  имеются лишь отдельные работы[5]. Это в известной степени объясняется их изменчивостью, ускользающей природой, склонностью подменять наименования и содержание.

Определения нормативного правового акта за прошедшие последние сто лет не претерпели принципиальных изменений. Типичным является следующее определение: нормативный правовой акт – это письменный документ, принятый управомоченным субъектом права (государственным органом, органом местного самоуправления, институтами прямой демократии), имеющий официальный характер и обязательную силу, выражающий властные веления и направленный на регулирование общественных отношений. Основное свойство, через которое описывается данная форма права, – нормативность. Подчеркивается его исключительная, практически неоспоримая легитимность, и защита со стороны государства.

Этот официальный документ «устанавливает, изменяет или отменяет нормы права…. Ему присущи письменная, строго документированная форма и особый порядок принятия. Все нормативные акты находятся между собой в строгой иерархической подчиненности»[6]. Достаточно часто в качестве существенного признака называется предмет правового регулирования нормативного правового акта, в качестве которого выступает определенный вид общественных отношений, и неоднократное применение[7].

Традиционно в качестве признака нормативного правового акта отмечается его связь с правотворчеством[8].  Он направлен на установление, изменение или отмену юридических норм, благодаря чему он выступает «средством развития, изменения правовой системы»[9].

По мнению научных сотрудников Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, «нормативный правовой акт – это официальный письменный документ, выражающий волеизъявление полномочного органа государственной власти по восприятие последовательности связано с установлению, изменению или отмене норм права – общеобязательных правил, рассчитанных на многократное применение»[10].

Вариант определения для целей систематизации был предложен авторами Концепции системы классификации правовых актов: «Нормативный правовой акт – это правовой акт, который содержит правовые нормы, общие установления, рассчитанные, как правило, на длительное применение и распространяющиеся на неопределенный круг лиц. Нормативный акт, являясь предписанием общего значения, распространяет свое действие не на одно конкретное отношение, а на тот или иной вид общественных отношений»[11].

Имеются не только научные, но и официальные определения, исходящие от разных органов государства. Так, от имени судебной власти определение сформулировал Пленум Верховного Суда РФ: «Под нормативным правовым актом понимается изданный в установленном порядке акт уполномоченного на то органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, устанавливающий правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределенного круга лиц, рассчитанные на неоднократное применение, действующие независимо от того, возникли или прекратились конкретные правоотношения, предусмотренные актом»[12].

Данное определение сохраняет определенные недостатки, о которых многократно предупреждали исследователи. Например, не учтен такой важный источник правовых норм как народ, который может их создавать в результате референдума или местного схода. Еще один принципиальный недостаток Постановления состоит в том, что понятие «правовые нормы» дается через «правило поведения», тогда как в науке давно эта точка зрения подвергнута обоснованной критике. Только часть правовых норм представляет собой правила поведения, то есть описание необходимого или допустимого, запрещенного деяния. Наряду с этими нормами существуют нормы-начала, принципы, дефиниции, цели, задачи, которые непосредственно не регулируют поведение. Однако именно они представляют собой основу системы права. Справедливости ради отметим, что связывание нормативного акта и правила поведения выступает устойчивой тенденцией.

Наличие некоторых недостатков не лишает данное определение явных достоинств. Одно из них в том, что суд изложил принципиальное мнение о различии дефиниций «правовой акт» и «юридический факт». Первый не связан с функционированием правоотношений. Это естественно, т.к. он выполняет учредительную роль по отношению к фактам и правоотношениям. Правоприменительный (он же индивидуальный) акт, напротив, связан с конкретными отношениями, является их следствием. Общая последовательность видится следующим образом: нормативный правовой акт → конкретные правоотношения → индивидуальный правоприменительный акт. Именно эту закономерность нарушают акты по форме нормативные, по содержанию – индивидуальные. Так, закон в связи со смертью конкретного депутата возникает как реакция на факт, не имеющий юридического значения. В законе одновременно дается ему юридическая характеристика и применительно к этому случаю формулируется модель ситуативного поведения, не имеющая нормативного значения.

Законодательная власть также проявила усердие в формулировании определений нормативного правового акта. Это усердие удивляет, так как в один день – 11 ноября 1996 года – были приняты два документа с разными названиями и определениями. Одно из них дано в проекте ФЗ «О нормативных правовых актах в РФ»,  принятом в первом чтении в указанный день, второе – в подзаконном акте – Постановлении Государственной Думы от 11 ноября 1996 г. № 781-II ГД «Об обращении в Конституционный Суд РФ». Постановление содержит определения нормативного правового акта и правовой нормы: «Нормативный правовой акт – это письменный официальный документ, принятый (изданный) в определенной форме правотворческим органом в пределах его компетенции и направленный на установление, изменение или отмену правовых норм. В свою очередь, под правовой нормой принято понимать общеобязательное государственное предписание постоянного или временного характера, рассчитанное на многократное применение»[13]. Минюст России указал органам государственной власти, что «при подготовке нормативных правовых актов рекомендуется использовать указанное постановление»[14]. Признание и законодательной и исполнительной ветвей власти позволяет видеть именно в этом определении консолидированную позицию российского государства. Кроме того, данное определение большей частью воспроизводит дефиницию НИИЗиСП с той разницей, что им установлено требование выбора формы акта только из тех, которые установлены законом. Это ограничение представляется обоснованным в том случае, если в законе формы не только перечисляются, но и дается описание их предметов правового регулирования и органов, уполномоченных на их принятие.

Проект Федерального закона «О нормативных правовых актах в Российской Федерации» содержит также вариант определения: «Нормативный правовой акт – письменный официальный документ, принятый (изданный) в определенной настоящим законом форме, направленный на установление, изменение или отмену правовых норм как общеобязательных государственных предписаний постоянного или временного характера, рассчитанных на многократное применение»[15]. Достоинство определения видится в намерении сделать перечень форм закрытым и окончательно установить его в данном законе. Это должно поставить заслон на пути произвольного увеличения числа наименований законодательных актов.


[1] Самощенко И.С. Некоторые вопросы учения о нормативных актах социалистического государства // Правоведение. 1969. №3. С. 21-32; Шебаков А.Ф. Вопросы теории нормативных актов в советском праве. Диссер. на соиск. уч. степ. докт. юрид. наук. М., 1964. Т.1 – 545 с.; Т.2 – 556 с.; Васильев Р.Ф. О понятии правового акта // Вестник МГУ. Серия «Право». 1998,.№ 5.

[2] Яхлаков А.К. К вопросу о разработке унификационной системы классификации законодательных актов // Техника управления. 1929. № 13-14; Поленина С.В. Теоретические проблемы системы советского законодательства. М.: Наука, 1979. – 250 с.; Сильченко Н.В. Научные основы типологии нормативно-правовых актов. Диссер. на соиск. уч. степ. докт. юрид. наук. М., 1981.; Федосеев А.А. Нормативные акты советского государства и формы их выражения. Диссер. на соиск. уч. степ. канд. юрид. наук. М., 1964. – 309 с.

[3] Проблемы классификации правовых актов в РФ // Рос. юстиция, 1998. № 3; Сенчищев В.И. Виды нормативных актов // Журнал российского права. 1998. № 8. С. 116-118; Толстик В.А. Иерархия источников российского права. Н/Новгород. 2002. – 215 с.

[7] Юридическая энциклопедия / Под ред. Ю.А.Тихомирова. М., 1997. С. 269.

[11] Концепция системы классификации правовых актов РФ от 29.09.1999 / Подготовлена   АО   «Консультант   Плюс»   в  рамках   исполнения    государственного  заказа  по  поручению Российского фонда правовых реформ Маковский А.Л., д.ю.н.; Новиков Д.Б., к.ф-м.н.; Силкина А.В.; Симбирцев А.Н.

[12] Постановление Пленума ВС РФ от 27 апреля 1993 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел по заявлениям прокуроров о признании правовых актов противоречащими закону (в ред. Постановлений Пленума ВС РФ от 21.12.1993 № 11, от 25.10.96 № 10, от 25.05.2000 № 19). – К+.

[13] Приказ Минюста России от 14 июля 1999 г. № 217 «Об утверждении разъяснений о применении правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации» // Бюллетень  нормативных  актов  федеральных органов исполнительной  власти. 1999. № 3.

[14] Приказ Минюста России от 14 июля 1999 г. № 217 «Об утверждении разъяснений о применении правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации» // Бюллетень  нормативных  актов  федеральных органов исполнительной  власти. 1999. № 3; Приказ Минюста России  от 27 ноября 2001 г. № 313 «Об утверждении рекомендаций по ведению федерального регистра нормативных правовых актов субъектов РФ» // Бюллетень Минюста РФ. № 1. 2002.


При некоторых различиях приведенные определения имеют общие черты. Так, основополагающее свойство нормативных актов – их письменная, официальная форма, – остается неизменным. Источником, творцом нормативных правовых актов признаются органы государственной власти, реже – народ и органы местного самоуправления. Нормативная природа состоит в возможности их неоднократной реализации, всеобщности и общеобязательности.

Таким образом, можно сформулировать определение нормативного правового акта – это письменный официальный документ, принятый в определенной законом форме и процедуре, направленный на возникновение, изменение или отмену обязательных правовых предписаний, рассчитанный на многократное применение, длительное существование, регулирование общественных отношений, нуждающихся в государственно-организационном воздействии. Правовые акты издаются органами государственной власти, местного самоуправления, гражданами (в порядке референдума) в пределах их компетенции, и адресованы неперсонифицированному кругу субъектов.

Короткие определения обречены быть неполными, фрагментарными. Более глубокое проникновение в природу и сущность нормативного правового акта требует изучения его признаков. За многие десятилетия усилий ученые выявили и исследовали огромное количество признаков нормативного правового акта. Мы рассмотрим те, которые видятся актуальными и необходимыми применительно к современным условиям.

Тем не менее, актуальность вопроса о признаках нормативных правовых актов только возрастает. Это связано в тем, что современная законодательная практика ставит под сомнение, испытывает на устойчивость признаки, которые наукой провозглашаются незыблемыми. Таким образом, предметом анализа выступает восприятие практикой теории нормативных актов в части их признаков.

1) Нормативный правовой акт несет волевое содержание. Относительно того, чью волю призван воплощать и реально воплощает данный акт, постоянно ведутся споры. Наиболее простым и распространенным является увязывание нормативного правового акта и государственной воли. По мнению С.С.Алексеева, независимо от органа или организации, принявших акт, «во всех случаях он выражает волю государства. Отсюда его властность, авторитарность»[1]. В столь же четком позитивистском ключе выступает и Н.М.Марченко, по мнению которого через нормативные акты «преломляется государственная воля»[2]. Позитивистские традиции имеют давние корни, были отражены еще в работах Г.Ф.Шершеневича. Он отмечал, что «норма права исходит непосредственно от государственной власти, составляет прямое выражение воли органов власти»[3]. Именно этот признак представляется исследователю принципиальным для выделения нормативных правовых актов из числа иных форм права. Г.Ф.Шершеневич допускает возникновение определенных форм вне государства (обычного права, канонов). Различие в том, что нормативные акты государство создает, а иные формы оно санкционирует.

Российской юридической науке свойственны не только позитивистские взгляды. Социологический подход, без которого демократическое правотворчество не представляется возможным, имел величайших сторонников на рубеже ХIХ-ХХ веков. Одним из них был Л.Кассо. Ученый достаточно негативно относится к такой форме права как законодательство. Источники его несовершенства он видел в различных плоскостях: 1) отсутствие связи между законодательной деятельностью и научной разработкой права; 2) посредственная рецепция отрывочного характера как следствие 1-го; 3) заимствование из иностранных источников даже в виде интерпретации[4]. Л.Кассо видит причины низкой эффективности государственных актов в отсутствии их поддержки со стороны общества. В качестве неудачного правотворческого эксперимента он приводит залоговую реформу 1737 г. Из отечественной истории он приводит примеры активности гражданского общества, поставившие заслон ошибочным правотворческим решениям. Как положительную тенденцию он отмечает случаи, когда «общественное правосознание сумело отстоять против натиска законодательства, доходящего до крайностей, прежние начала, имеющие полное право на дальнейшее существование»[5]. Право, создаваемое законодателем, Л.Кассо критикует за  его отрешенность от действительности, за «резкие отступления от условий теперешнего быта»[6]. Оно построено на догматических соображениях, «почти исключительно на заимствованных из иностранных источников»[7].

Обобщая сказанное, можно констатировать наличие противоречащих тенденций в трактовке волевого содержания нормативного правового акта. Одно направление идет в сторону сужения круга лиц, чьи интересы он выражает. Второе направление – в сторону увеличения до отражения всеобщего интереса.

Если опустить количественные характеристики, то правовой акт выражает волю определенной социальной общности. В нем закрепляются цель и задачи, на решение которых он направлен.   Демократизм общества, государства и права является деятельностной характеристикой, отражающей колебания в содержании нормативного правового акта: от воли одного лица до воли всех людей.

2) Официальный характер также выступает немаловажным признаком нормативного правового акта. Издаваемый органами государственной власти или иными уполномоченными органами, акт несет на себе отпечаток силы, его породившей. Официальный характер нормативные правовые акты получают в ввиду его связи с государством.

Тот факт, что нормативный правовой акт предназначен для государственной организации общественных отношений, требует взаимодействия информационных потоков в системе «государство – общество». Эту роль выполняет опубликование нормативных правовых актов для ознакомления адресатов предписаний с его содержанием. Именно в связи с официальным характером нормативных правовых актов устанавливаются повышенные требования к процедуре доведения их содержания до сведения других лиц. Способы осуществления этой деятельности за прошедшие столетия развивались и совершенствовались. Ввиду отсутствия периодических печатных изданий и всеобщей безграмотности требование письменной формы не могло быть осуществлено ранее ХХ века. Оглашение на площади, вырубание на камнях – вот первоначальные способы доведения до сведения. Но с развитием общества эти способы были потеснены более продвинутыми технологиями.

Современная позиция законодателя, основанная на Конституции РФ, выглядит как требование неукоснительного опубликования нормативных правовых актов. Несколько гипертрофированный интерес к этой процедуре частично объясним тяжелым наследием советского государства в части огромного количества неопубликованных подзаконных актов.

Требование о безусловной необходимости официального опубликования нормативных актов, касающихся прав, свобод и обязанностей граждан, впервые было установлено 29 ноября 1990 года Заключением Комитета Конституционного надзора СССР № 12 (2-12) «О правилах, допускающих применение неопубликованных нормативных актов о правах, свободах и обязанностях граждан». В соответствии с Заключением официальное опубликование законов и других нормативных актов, касающихся прав, свобод и обязанностей граждан, т.е. доведение их тем или иным способом до всеобщего сведения, является обязательным условием применения этих актов.

Прошедшие с тех пор 13 лет не прекращаются споры о порядке опубликования, содержании и результатах этой процедуры. Накоплена обширная судебная практика. Так, например, в 1999 году Верховный Суд РФ, рассматрел жалобу о признании недействительным и не подлежащим применению с момента принятия Положения о порядке подтверждения трудового стажа для назначения пенсий в РСФСР от 04.10.91 г.[8] Глубоко исследовав историю и современное  законодательство об официальном опубликовании,  высший судебный орган пришел к следующим выводам: «До вступления в силу Постановления Совета Министров Правительства РФ от 13 апреля 1991 г. № 307 «О регистрации и опубликовании ведомственных нормативных актов» не существовало института официального опубликования нормативных актов министерств и ведомств Российской Федерации, затрагивающих права, свободы и законные интересы граждан». Но и этот документ не разрешил в полной мере процедуру публикации. Недостатки Постановления Правительства РФ Верховный Суд РФ увидел в отсутствии указания конкретного журнала и срока для публикации. Отсутствие указанных сведений позволило Верховному Суду РФ сделать вывод о том, что в октябре 1991 года достаточным было опубликование ведомственных нормативных актов тем или иным способом и доведение их тем или иным способом до всеобщего сведения[9].

Оспариваемое Положение было опубликовано в отраслевом издании и в виде отдельной брошюры, которая рассылалась в органы социальной защиты[10], что  было оценено судом как официальное опубликование. Резюмируя теоретические и издательские рассуждения, суд пришел к выводу, что оспариваемый нормативный акт доведен до всеобщего сведения, что является обязательным условием его применения на территории России.

Представляется, что мнение Верховного Суда РФ не в полной мере отвечает требования законодательства и юридической техники. Следует различать установление требования официального опубликования и порядок этой деятельности. Именно об этом ставил вопрос заявитель. Орган конституционного контроля в 1990 году заявил о необходимости официального опубликования актов, так как ее отсутствие создает основания для нарушения прав и свобод граждан. Но он не назвал и не мог назвать конкретный печатный орган, на который возлагается эта обязанность. Это должны были сделать правотворческие органы, но они от этого уклонились, чем еще раз подтвердили свою заинтересованность в отсутствии процедуры официального опубликования. Благодаря своей «нерасторопности» они еще почти на три года сохранили право выбора способа доведения до сведения. А Верховный Суд РФ, вынося решение, истолковал отсутствие нормы не к защите прав граждан, а  к защите государственного органа, не выполнившего свои правотворческие обязанности.

Имеется судебная практика по решению вопросов о действенности правовых актов в зависимости от опубликования. Например, Верховным Судом РФ было рассмотрено дело[11], в котором сторона полагала, что оспариваемый акт не может применяться, т.к. не был официально опубликован. В судебном заседании было установлено, что официальный текст обжалуемого Постановления Правительства РФ от 30 мая 1997 г. № 654 был распространен через научно-технический центр правовой информации «Система». Такой способ доведения до сведения Верховный Суд РФ истолковал как опубликование в установленном порядке.

Таким образом, Верховный Суд РФ приравнял электронное и письменное опубликование, с чем нельзя согласиться по ряду причин. Так, в социальном аспекте проблема не представляется столь уж абсолютно решенной. Действительно, замена одного способа доведения до сведения адресатов содержания нормативных правовых актов другим должна иметь социальное обоснование. В истории этому тезису достаточно доказательств. Современная дороговизна печатных изданий, практически полное отсутствие бесплатной правовой информации и юридической помощи не дают никаких оснований для введения компьютерных способов доведения до сведения. Скорее можно ставить вопрос о возврате назад, например, путем предоставления в общественных местах возможности ознакомления с правовыми актами.

Но кроме социально-экономической стороны имеется и юридические доводы. В соответствии с Указом Президента РФ № 763[12] акты Президента РФ и Правительства РФ подлежат официальному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации» в течение десяти дней после дня их подписания. Официальными являются также тексты актов Президента РФ и актов Правительства РФ, распространяемые в машиночитаемом виде научно-техническим центром правовой информации «Система». Систематическое и языковое толкование текста Указа приводит к выводу, что не являются синонимами выражения «официальное опубликование» и «официальный текст». В первом случае речь идет о процессуальной стороне правотворческого процесса, в котором с опубликованием связывается возможность вступления в юридическую силу правового акта. Именно об опубликовании идет речь в Конституции РФ. Выражение «официальный текст» означает, что он является точным, гарантированным от фальсификаций. Это также очень важно для нормативных правовых актов, но не заменяет официального опубликования. Возможно, нежелание Верховного Суда РФ публиковать свое решение, связано с неуверенностью в обоснованности своей позиции.


[8] Решение Верховного Суда РФ от 15 июня 1999 г. № ГКПИ99-401. Документ опубликован не был – К+.

[9] Порядок же официального опубликования в газете «Российские вести» был  установлены только в январе 1993 года Указом Президента РФ № 104 «О нормативных актах центральных органов государственного управления Российской Федерации» // САПП.1993. № 4. Ст. 301.

[10] Решение Верховного Суда РФ от 15 июня 1999 г. № ГКПИ99-401. Документ опубликован не был. – К+.


Отбор судебных документов для публикации в «Вестнике Верховного Суда РФ» – не прозрачная процедура. Представляется, что в первую очередь такого рода критериями должны выступать общественная значимость вынесенного решения, его принципиальный характер. В наличии указанных признаков Постановлению № 654 отказать нельзя. И, тем не менее, оно опубликовано не было. Возможно, причины такого решения находятся в другой плоскости – в  предмете правового регулирования оспариваемого документа. Он отражен в его названии: «О мерах по выполнению Указа Президента РФ от 28 мая 1997 г. № 529 «О порядке обращения акций Российского акционерного общества «Газпром» на период закрепления в федеральной собственности акций Российского акционерного общества «Газпром».

Учитывая все перечисленные обстоятельства, отметим следующее. Как минимум по трем причинам оспариваемое Постановление заслуживало публикации для широкой общественности. Первая причина в «определяющем значении для экономики страны» его предмета – РАО «Газпром». Вторая состоит в регулировании вопросов правотворчества. И третья  – документ носит нормативный характер. Именно эти же причины, естественно, обусловливают необходимость опубликования судебного решения. Кроме того, в нем фактически дано расширительное толкование термина «опубликование», а это вопрос исключительной политической и общественной значимости.

Еще более спорной, неразработанной является проблема опубликования нормативных правовых актов органами государственной власти субъектов Российской Федерации[1].

В целом, судебная практика по вопросам опубликования нормативных правовых актов разнообразна и обширна. Она охватывает акты от федеральных до органов местного самоуправления. Например, в связи с последними Верховный Суд РФ давал оценку последовательности операций: государственная регистрация и опубликование. Верховный Суд РФ отдал предпочтение опубликованию, указав, что только после него акт вступает в силу. Однако условием опубликования является предварительная регистрация.

С учетом сказанного отметим, что опубликование как завершающая стадия законодательного процесса имеет огромное значение. С ним связано действие нормативных правовых актов. Процедура этой деятельности нуждается в детальном правовом регулировании. Благодаря ее точному исполнению нормативный правовой акт получает государственный официальный характер.

3) Правовой акт входит в единую систему, осуществляя правовое регулирование в соответствии с  общими целями и задачами общества и государства. Иерархическое построение выступает не столько признаком отдельного документа, сколько характеризует систему актов. Тем не менее, этот признак представляется важнейшим, так как только в связи с ним нормативные правовые акты и могут выполнять стоящие перед ними задачи. Н.М.Марченко полагает, что «сложившаяся и поддерживаемая в каждой стране иерархия нормативных правовых актов имеет важнейшее значение для упорядочения процесса правотворчества и правоприменения, для создания и поддержания режима законности и конституционности»[2]. По мнению С.С.Алексева, «собственная структура законодательства проявляется в вертикальной плоскости. Она выражается в иерархическом построении нормативных юридических актов, в их соподчинении, при котором каждый акт занимает строго определенную ступень в иерархической структуре»[3]. Не случайно именно вопросам иерархичности современных актов посвящаются монографические исследования[4]. Благодаря иерархичности может проводится идея юридической силы нормативных правовых актов, без которой их система не в состоянии функционировать.

Представление некоторых государственных органов об иерархии нормативных правовых актов и способах приведения этой системы в единое состояние полностью не соответствует закону. А так как это мнение принадлежит самому законодательному органу – ситуация становится устрашающей. Приведем пример такого рода неоднозначной практики проведения идеи единства правового пространства. Государственная Дума приняла Постановление «О факте грубого неисполнения статьи 855 Гражданского кодекса РФ». Постановление ГД было принято 11 октября 1996 года, а 10 декабря того же  года дело с таким же предметом было рассмотрено в Верховном Суде РФ. Таким образом, в момент издания ГД постановления спор был уже предметом рассмотрения судебных органов, при этом деятельность палаты законодательного органа представляет собой не что иное, как давление одной ветви власти на другую. Можно сказать больше: по стилю рассмотрения вопроса, процедуре вынесения решения, по его содержанию можно говорить о подмене одного органа власти другим.  В частности, в Постановлении описывается некий процесс обсуждения письма (к сожалению, не указаны авторы обращения), объяснения представителей ведомств – авторов документа. Окачивается Постановление резолюцией: «считать письмо по вопросу о порядке применения статьи 855 Гражданского кодекса … не соответствующим Гражданскому кодексу РФ». Сделаны организационные выводы и рекомендации, в т.ч. «предложить Председателю Правительства РФ В.С.Черномырдину провести по данному факту должностное расследование о соответствии занимаемым должностям руководителей названных ведомств, издавших указанное письмо»[5]. Такого рода примеры деятельности органов государственной власти препятствует функционированию законных механизмов контроля и порядка проведения идей иерархичности в системе нормативных правовых актов.

Необходимая иерархичность имеет место в случае наличия ясных законодательных оснований классификации нормативных правовых актах по основаниям, включая юридическую силу. Система законодательства включает нормативные правовые акты в строгой последовательности. А компетентные органы государственной власти должны осуществлять законные действия по защите этой системы от нарушений.

4) Всеобщий характер также выступает важным признаком нормативного правового акта. Он непременно должен содержать  общие предписания в виде норм права и рассчитан на многократное применение[6]. По мнению А.Ф.Шебанова, нормативные правовые акты содержат «правовые нормы, т.е… правила поведения общего характера, направленные на регулирование общественных отношений  того или иного определенного вида»[7].

Нормативность является важнейшим признаком нормативных правовых актов. Это свойство является основополагающим для права в целом, т.к. именно через него реализуется социальная ценность права, его регулятивные свойства. Нормативный характер акта, по мнению Верховного Суда РФ, выражается в том, что он касается неопределенного круга лиц, рассчитан на неоднократное применение[8].

Нормативность выражает всеобщность содержания и действия акта, который закрепляет порядок отношений, действующий как угодно долго во времени.

Что касается типичности как проявления нормативности, отметим следующее. Ответственность законодателя состоит в том, чтобы верно установить те общественные отношения, которые возникли в общественной практике, и их дальнейшее функционирование без юридического механизма затруднительно или невозможно. Так возникает большинство законов. Например, компьютерная техника в своем развитии входит во взаимодействие с человеческим обществом. Законодатель, реагируя на это взаимодействие, создает акты, направленные на регулирование отношений по поводу технических и виртуальных объектов.

Труднее задача законодателя в случае проектирования им тех отношений, которые в реальной жизнь пока отсутствуют, но с необходимостью возникнут. Так, например, создаются законы об органах власти и должностных лицах, о порядке их формирования, компетенции. Особенность публичных отношений в том, что возникнуть в жизни без правовых норм они не могут, т.к.  их субъекты не создаются явочно, а действовать должны компетентно. Возможно, особенностями их перспективной типичности предопределяется уязвимость таких законов. Они создаются путем проб, дальнейшего корректирования, отмены неудачных решений.

Таким образом, типичность отношений сообщает акту нормативный характер. Он одинаково предназначен для всех субъектов, не адресован никому персонально. Благодаря этому признаку право может выступать мерой, равным масштабом поведения для других лиц.

5) Для характеристики нормативного  правового акта исключительно большое значение имеет его документарная природа. В научной литературе высказано мнение о тройственной природе нормативного правового акта, который  выступает и как источник права, и как форма права, и как акт-документ. Еще в 1973 году С.С.Алексеев  подчеркивал значение юридической техники, под которой он понимает «средства и приемы документарного выражения нормативного акта,… средства и приемы специально-юридического изложения их содержания»[9]. Действительно особая природа и предназначение нормативных правовых актов требуют четкого установления формы документа, требований к языку и стилю изложения. Относительно языка нормативных правовых актов А.Ф.Шебанов отмечал, что «законодатель стремится дать предельно ясное и четкое, словесное выражение каждой правовой нормы, чтобы наиболее полно, определенно и вместе с тем просто и доступно передать ее содержание, …обеспечить единообразное понимание и исполнение правовых норм»[10].

Вопросы формы, структуры и текста не достаточно освещены в законах. Этот пробел восполняется в подзаконных актах. Они же регулируют вопросы юридической техники применительно к законам[11].

Таким образом, нормативный правовой акт – это письменный документ, имеющий внутреннюю структуру, соответствующую правилам законодательной техники. Правовой акт отличается языком, использованием специальных терминов, наличием установленных реквизитов (дата, номер, наименование и т.п.).

6) Для проникновения в сущность нормативного правового акта важны процедурные вопросы. Так, например, Г.Ф.Шершеневич указал, что «признак закона состоит в том, что воля органов государственной власти, творящей норму права, должна выразиться в установленном заранее порядке»[12]. Этот признак представлялся ему столь значительным, что он предлагает в зависимости от его реализации определять политический режим государства: «Если в конституционных государствах, - пишет ученый, -  граждане стремятся оградить себя твердым законодательным порядком от произвола исполнительных органов, то при абсолютном режиме монарх заинтересован в том, чтобы подданные знали и выполняли его волю, а для этого он должен установить форму, которая служила бы для подданных ручательством, что дошедшее до них повеление выражает действительную волю монарха»[13].

Российское государство создало достаточно  развитый механизм регулирования правотворчества.  Основные идеи, принципы, конструкция законодательного процесса получили закрепление в Конституции РФ. Конституционный Суд РФ установил, что «из принципа верховенства Конституции Российской Федерации и задачи обеспечения соответствия ей законов и иных правовых актов (часть 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации) вытекает обязанность всех участников законодательного процесса соблюдать установленную Конституцией Российской Федерации процедуру законотворчества»[14]. К сожалению, в законах эти основополагающие тезисы дальнейшего развития пока не получили. Попытки принятия процедурного документа в виде закона «О порядке принятия федеральных конституционных законов и федеральных законов» не дали результата. Цель данного законопроекта в установлении процессуальных правил, тогда как закон «О нормативных правовых актах в РФ» выполнял бы роль материального акта. Эта идея пока не получила своего завершения, в силу чего сохранился порядок регламентного регулирования внутренними актами палат Федерального Собрания.

Значение процедурных вопросов исключительно велико, что подчеркивается возможностью отмены нормативных правовых актов в случае нарушения порядка их принятия. Этот вопрос становился предметом рассмотрения высших судебных инстанций.

Так, например, Верховный Суд РФ рассмотрел дело о признании незаконным и недействующим Положения Банка России[15]. В ходе разбирательства Верховный Суд РФ подверг анализу правотворческую процедуру Центрального Банка России в части подписания нормативных правовых актах. Судебный орган даже установил зависимость между правомочиями должностных лиц и актами, которыми их права могут устанавливаться (передаваться): «Полномочия Председателя Банка России по участию в нормотворчестве закреплены на уровне федерального закона, не предусматривающего право на передачу этих полномочий или их части другим должностным лицам Банка России. Актом, имеющим меньшую юридическую силу, такое право не может быть предоставлено»[16].

Процессуальные вопросы создания нормативных правовых актов достаточно интенсивно рассматриваются в практике Конституционного Суда РФ, им дано толкование практически всех статей Основного закона, затрагивающих процедурные нормы. Так, например, Конституционный Суд РФ дал толкования ст.ст. 105 (ч. 4),106[17],103 (ч. 3),105 (ч.2 и 5, 107 (ч. 3), 108 (ч. 2), 117 (ч. 3), 135 (ч. 2)[18], 107[19]. Эта интенсивность правоприменения, впрочем, не может заменить нерасторопности законодателя. Зависимость между соблюдением процессуальных правил и действием актов рассматривалась Конституционным Судом РФ в споре между Федеральным Собранием и Президентом Российской Федерации. Стороны по-разному видели вопрос о том, были ли в процессе принятия Федерального закона[20] нарушены установленные Конституцией РФ требования к порядку принятия федеральных законов и предусмотренные ею условия и процедуры. Рассмотрев дело, Конституционный Суд РФ подтвердил обязанность Президента РФ в соответствии со статьей 107 (часть 3) Конституции РФ подписать и обнародовать принятый федеральный закон. Одновременно орган конституционного контроля высказал Президенту РФ процедурную рекомендацию следующего содержания: обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке соответствия Конституции РФ названного Федерального закона, в том числе по порядку принятия[21]. Ни сколько не преуменьшая значение толкований содержания законодательного процесса Конституционным Судом РФ отметим, что столь важный вывод требует законодательного решения. Тот факт, что между Основным законом и внутренними актами палат десятилетиями существует вакуум, не допустим. Законодательный процесс лихорадит вследствие столько нечетких процедур. Страдает же от этого нормативный правовой акт как результат этой игры без правил.

8) Правовой акт издается уполномоченными субъектами в пределах их компетенции. Их правомочие на издание актов устанавливается конституцией, законами, иными актами. Каждому правотворческому органу предоставлена определенная форма (формы) акта, в  которую он воплощает свои предписания. Например, Президент РФ создает только указы и распоряжения. Компетенция органов устанавливается в соответствующих юридических нормах. Например, в общих чертах она закреплена в статьях 71 и 72 Конституции РФ. В данном признаке  фактически объединены два, однако разъединение их затруднительно. С одной стороны, орган должен соблюдать требования к форме (указ, приказ и др.), с другой – к содержанию. Второе требование означает, что каждому органу определен круг вопросов, которые он управомочен решать. Выход за эти пределы представляет собой нарушение компетенции.

Компетенция правотворческих органов может носить всеобщее значение, а может относиться к отдельным стадиям принятия  нормативного правового акта. Так, Верховный Суд РФ разъяснил, что «исходя из общего принципа правотворчества, дозволяющего на стадии принятия акта действия лишь строго в пределах специальной компетенции участников процесса, предоставление (делегирование) права подписания нормативных актов этими участниками другим лицам недопустимо, если иное прямо не предусмотрено юридическим актом не ниже уровня, на котором определена специальная компетенция»[22].


[1] Определение Верховного Суда РФ от 29 мая 2001 года по делу № 83-Г01-08 по заявлению гражданина о признании частично недействительным Закона Брянской области «О законах и иных нормативных правовых актах Брянской области». Документ опубликован не был. – К+.

[5] Постановление Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 11 октября 1996 г. № 683-II ГД «О факте грубого неисполнения статьи 855 Гражданского кодекса РФ» // СЗ РФ от  21.10.1996. № 43. Ст. 4871.

[16] Определение Верховного Суда РФ от 17 августа 1999 г. № КАС99-194 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 10.

[17] Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1995 г. № 1-П // Вестник Конституционного Суда РФ. 1995. № 2-3.

[21] Постановление Конституционного Суда РФ от 6 апреля 1998 г. № 11-П «По делу о разрешении спора между Советом Федерации и Президентом РФ, между Государственной Думой и Президентом РФ об обязанности Президента РФ подписать принятый ФЗ «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате второй мировой войны и находящихся на территории РФ» // СЗ РФ от 20.04.1998. № 16. Ст. 1879.

[22] Определение Верховного Суда РФ от 17 августа 1999 г. № КАС99-194 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 10.


В целом, Верховный Суд РФ по заявлениям сторон достаточно интенсивно участвует в оценке компетенции участников правотворческой деятельности. Так, например, Магаданское областное общество охотников и рыболовов обратилось в суд с жалобой, в которой просило признать недействительным приказ Министерства сельского хозяйства и продовольствия РФ от 24 декабря 1993 г. № 315 «О предоставлении права на охоту». По мнению заявителя, акт издан неправомочным органом, его содержание противоречит постановлениям Правительства РФ, во исполнение которых он принят. Для вынесения решения суду пришлось рассмотреть и оценить компетенцию не только самого правотворческого органа, но и его предшественников. Были исследованы нормативные правовые акты, устанавливающие полномочия Министерства сельского хозяйства и продовольствия РФ в области охраны и регулирования использования животного мира на территории России. Суд установил, что по вопросам компетенции министр издает приказы, распоряжения, указания и инструкции. Это позволило ему сделать вывод о том, что приказы, регламентирующие порядок выдачи удостоверений на право охоты, изданы компетентным правотворческим органом в пределах его полномочий»[1].

9) Нормативный правовой акт предназначен для регулирования общественных отношений. Это достигается разными способами и методами, путем запретов, обязываний и дозволений, с использованием различных юридических средств.

Для характеристики нормативных правовых актов важны адресаты их предписаний, т. к. их отношения выступают предметом правового регулирования. Очевидно, что общественные отношения могут возникать между людьми (как индивидами, так и их коллективами). Не все отношения нуждаются в правовом воздействии и далеко не все могут поддаваться нормативно-организационному воздействию.

С учетом сказанного можно выделить следующие признаки нормативного правового акта: 1) волевое содержание; 2) официальный характер; 3) входит в единую систему; 4) нормативность; 5) принимается в специальной процедуре; 6) издается компетентными органами и лицами; 7) регулирует общественные отношения; 8) издается управомоченными органами и лицами; 9) гарантируется принудительной силой государства; 10) имеет форму и структуру, установленные законом.

Таким образом, понятие нормативного правового акта находится в постоянном развитии. Сохраняются основополагающие признаки этого феномена, такие как его связь с органами государственной власти, поддержка  принудительной силой государства. Тем не менее, основания для удовлетворения современным состоянием нормативных правовых актов нет. Многочисленные примеры судебной практики свидетельствуют о том, что граждане, организации не видят в актах государства абсолютной истины. Как только политический режим допустил саму мысль об отсутствии священного происхождения и незыблемости актов государства, их система стала сыпаться под настойчивыми ударами заявителей в суде. Пиетет, как необходимая составляющая силы государства, практически исчез. Его место занимает желание любыми способами защитить свой интерес, даже если это борьба против государства и его актов. Все это явно свидетельствует о том, что нужны новые подходы к доктрине нормативных актов. Существует острая потребность придания ей юридической силы. Реальный путь  для достижения этого результата видится в принятии федеральных законов, регулирующих законодательный процесс и систему нормативных правовых актов. Не случайно мы столь большое внимание уделяли социологическим школам в части их взглядов на авторитет Законодателя. Убежденность граждан в их сопричастности к деятельности государства, растворение воли всех в воле государственных предписаний, согласие с  ограничениями, вера в обоснованность запретов – все это сделает авторитет нормативного правового акта действительным. Есть другие формы права, которые все это имеют в силу своего происхождения и сущности. Именно об этом должен помнить независимый и неприкосновенный Законодатель. 


[1] Решение Верховного  Суда РФ от 16.09.1998 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3.



Закрыть ... [X]

С чего начать ремонт в квартире своими руками? Этапы Ранункулюс или лютик уход

Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с Восприятие последовательности связано с